Бертеле ещё на Ernemann сделал Эрностар — светосильный, но с кучей границ стекло–воздух, поэтому он ловил блики. На Zeiss он часть этих граней склеил. Название от Sonne, солнца: полтинник, который открывался до f/1.5 на новом Contax, когда просветления ещё не было и каждая лишняя поверхность воровала свет.
Здесь семилинзовый рецепт: передний синглет, толстый склеенный триплет и ещё один за диафрагмой. Планар Рудольфа — другой цейсовский анастигмат тех лет: больше воздуха, больше поверхностей, поле площе. Зоннар — компактный и контрастный. В СССР копии называли «Юпитер».